23:57 

Лорд Азкабана

alextyna
Часть 4 (2)
***
За много миль от Хогвардса известное рыжее семейство нервно ожидало прибытия остальных членов их семьи. Естественно, миссис Уизли была близка к панике, перемывая все в двенадцатый раз, удостоверяясь, что все было идеально. Мистер Уизли оказался единственным, способным успокоить свою жену в эти дни. Но он и сам с большим трудом сохранял спокойствие, так что мало чем мог помочь. Билл, уже семь месяцев занимавший пост Министра Магии, выглядел таким же хладнокровным и собранным, как обычно, но ему трудно было спокойно сидеть на месте, и он постоянно в ожидании подходил к окну. Чарли находил всеобщую реакцию забавной и развлекался, напевая какую-то раздражающую мелодию, которая всех остальных сводила с ума. Далее перейдем к Рону и Гермионе.

Рон выглядел мрачнее тучи, и было ясно, что в данный момент он хотел бы быть где-то в другом месте. Жизнь после Волдеморта оказалась для него суровой. В свое время он был довольно уважаемым аврором, к которому серьезно относились за его острый аналитический ум и его значительные боевые способности. Однако после поражения Волдеморта все стремительно изменилось. Какое-то время вместе с Френком и Невиллом Лонгботтомами он помогал восстанавливать Аврорат. Но быстро попал в немилость из за своих настойчивых требований, чтобы его братьям, Фреду и Джорджу, не прощали их прошлые нарушения. Надо сказать, он потребовал, чтобы все люди из так называемого "охранного списка" Гарри были арестованы как предатели в тот же момент, как будут найдены, неважно, совершили ли они какое-то преступление, или нет. Не говоря уже о его убеждении, что недавно восстановленное Министерство должно немедленно начинать строить планы по захвату Азкабана силой и заставить нового Темного Лорда – Гарри Поттера – предстать перед судом. Даже зная о значительной силе, которой теперь обладал Гарри. Зависть и гнев затуманил его рассудок, и он быстро стал обузой.

Хотя новым лидерам Министерства, возможно, не очень нравился последний поворот событий, они были не настолько глупы, чтобы сделать Гарри врагом, объявив ему войну, ведь во время войны с Волдемортом уже были уничтожены двадцать пять процентов ведьм и волшебников Великобритании. Теперь Рон работал помощником тренера "Палящих Пушек" – работа, для которой, как он громко заявлял, он был слишком квалифицированным. Это обычно можно было услышать, когда он обливал грязью текущего вратаря команды. Единственная причина, почему он в настоящее время работал с командой, было то, что нынешний капитан команды был бывшим товарищем Чарли по команде и держал его в качестве одолжения. Как бы он не презирал последние действия Рона, у Чарли не было никакого желания видеть, как его младший брат теряєт еще одну работу, ведь у того был маленький сын, о котором надо было заботиться.

Несмотря на боль и гнев, что она чувствовала из-за отказа Гарри, Гермиона по-прежнему была очень рада снова увидеть Джинни. Она даже ждала встречи с близнецами, не важно, что в последний раз, когда она их видела, они находились по разные стороны. Сейчас она уже в четвертый раз за день кормила своего сына Роберта в очередной тщетной попытке отвлечься на некоторое время. Все они очень удивились, получив сообщение, что сегодня вернутся отдельно проживающие члены их семьи. Но об этом удивлении быстро забыли, так как миссис Уизли заставила всех сделать и так чистый дом "презентабельным". Точного времени их прибытия указано не было, так что у всех чуть не случился сердечный приступ, когда кто-то довольно громко постучал во входную дверь. Успокоившись, миссис Уизли с некоторой долей разочарования пошла посмотреть, кто это, полагая, что у ее детей не было причины стучать в дверь, словно незнакомцам.

Открыв дверь, она в растерянности огляделась, когда никого не увидела. Так было до тех пор, пока она не посмотрела вниз и не увидела двух маленьких девочек, смотрящих на нее с широкими озорными улыбками. Эти двое поприветствовали миссис Уизли и бросились мимо нее в дом. Молли обернулась в выражением абсолютного смятения на лице и увидела, что эти двое бесцеремонно вломились в гостиную, пожимая руку каждому и здороваясь так, как будто они были старыми друзьями. Дети, похоже, даже знали имена всех присутствующих и вставляли комментарии относительно их профессий и интересов. То есть всех, кроме Рона, которого они, казалось, игнорировали, как будто его здесь не было. Одна из маленьких девочек, с волосами каштанового цвета, с энтузиазмом спрашивала у Гермионы можно ли подержать Роберта. Все, похоже, оставались в том же шоковом и растерянном состоянии, что и Молли, которая практически приросла к полу рядом с все еще открытой входной дверью.

Чарли ошеломлено смотрел на маленькую девочку, которая представилась, как Кэтрин, и взволнованно болтала обо всем, что она знала о драконах и их повадках. Несмотря на совершенно необычную ситуацию, он удивился, что такая юная девочка могла удерживать в памяти столько информации. Он предположил, что ей, должно быть, примерно лет пять-шесть, у нее были длинные блестящие темные волосы и яркие ясные зеленые глаза. Он знал, что никогда раньше он эту девочку не встречал, но было в ней что-то поразительно знакомое. Разглядывая ее еще некоторое время, он снова сосредоточил внимание на ее глазах. Очень знакомых ... Глаза Чарли расширились, когда он вдруг понял, что было настолько знакомым, и, вероятно, вскрикнул бы от шока, если бы его не прервал громкий взрыв смеха. Нервы у всех были на пределе, когда они вскочили на ноги и вытянули палочки, разыскивая источник шума. Молли уронила палочку и ахнула, увидев Фреда, Джорджа и Джинни, стоящих прямо посреди кухни. Близнецам приходилось держаться друг за друга, чтобы не упасть от истерического смеха. Джинни выглядела такой же веселой, но была настолько любезна, чтобы по крайней мере попытаться это скрыть, хотя для этого понадобилось немало усилий. Обе девочки с широкими усмешками и искрящимися глазами подскочили к близнецам.

- Дядя Фред, мы все сделали правильно? – спросила Кэтрин, прыгая в его объятия, а ее сестра повторила этот же маневр с Джорджем.

- Да, вы все сделали правильно. Вы обе великолепны, - похвалил Фред. – Даже мы не смогли бы придумать лучше.

- Ну, это была идея Анны, но как действовать и что говорить придумала я, - очень быстро и взволнованно ответила Кэтрин. Все Уизли очарованно наблюдали за происходящим. Близнецы снова и снова говорили, как они ими гордятся. Через некоторое время Уизли смогли взять себя в руки, но было немного досадно стать объектом для какой-то шутки. Хотя они не могли не понимать, что после стольких лет отсутствия Фред и Джордж были просто обязаны как-то отличиться. Миссис Уизли с рыданиями первой приблизилась, или, скорее, набросилась на эту компанию с самыми крепкими объятиями, на которые она была способна. Анна и Кэтрин, которые по-прежнему держались за близнецов, чуть не задохнулись, когда их зажало между близнецами и их матерью. Джинни, однако, оказалась умнее и отступила в сторону от обнимавшихся и с улыбкой наблюдала, как Молли отступила назад и задала вопрос, который, казалось, интересовал всех присутствующих:

- Кто эти две юные леди? - спросила она, вытирая слезы с глаз.

- Ну, вот это моя крестница, Анна, - счастливо ответил Джордж, держа девочку на руках.

- А это - моя крестница, Кэтрин.

- Кто, черт возьми, оказался настолько сумасшедшим, чтобы сделать вас крестными отцами своих детей? - спросил Билл с легкой усмешкой, подвергая сомнению целесообразность сделать близнецов-шутников теми, кто должен был помочь воспитывать маленьких девочек.

- Это ведь Гарри, не так ли? - выпалил Чарли, вспомнив свои подозрения до того, как появились его родные братья и сестра. Какую-то минуту все, оцепенев, смотрели на Чарли, после чего вернулись к объектам обсуждения.

- Мой папа не сумасшедший! – выкрикнула Анна, после чего на ее губах появилась легкая ухмылка: - Просто его неправильно понимают.

Не оставляя размышления о том, кто мог приходиться матерью этим девочкам, все улыбнулись этому ответу. Все, кроме Рона, который презрительно усмехался, глядя на них, как на мусор, только из-за того, что они были детьми Гарри.

- Эта сука Лестрейндж, - мрачно пробормотал он про себя, заметив темные волосы Кэтрин и ее аристократические черты. Он говорил тихо, но его голос, казалось, отдавался эхом по всей комнате и его все услышали. Уизли смотрели на него в полном замешательстве, а Кэтрин вырвалась из рук Фреда. Она подбежала к Рону и ударила его прямо в голень, вызвав у него крик.

- Не смей так говорить о моей маме! – с этим криком она врезала ему еще и по другой голени. После этого маленького открытия присутствующие снова были ввергнуты в глубокий шок. Все, кроме Рона и Гермионы, были совершенно поражены даже одной только мыслью, что Гарри Поттер мог быть как-то связан с бывшей Пожирательницей Смерти, а тем более иметь от нее ребенка. И Рон и Гермиона были удивлены тем, что теперь могли говорить об этом при всех. Они уже целую вечность пытались рассказать об этом хоть что-то, но, очевидно, каждая кроха информации была хорошо защищена одним из охранных заклинаний Гарри.

- Это правда? - с трудом выдохнул Артур, оглядываясь на Фреда и Джорджа. Те двое просто кивнули, как будто в этом не было ничего важного. Но просто Рон не был бы собой, если бы смог удержать язык за зубами:

- Ну а второе недоразумение, конечно же, от этой придурошной Тонкс? – зло спросил он, выпучив от гнева глаза. И снова тишина. В отличии от своего брата, Джордж сумел удержать девочку на руках, хотя она и пыталась освободиться, без сомнения для того, чтобы напасть на его младшего брата за его замечание о ее семье.

- ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? – крикнула Молли и все вздрогнули от ее громового голоса, и этого даже оказалось достаточно, чтобы остановить попытки Анны атаковать Рона. Просто удивительно, что такая милая женщина могла так напугать таких сильных и могущественных ведьм и колдунов и заставить их замолчать. К счастью, Анну и Кэтрин уже предупредили о ее характере, так что они не испугались и не потеряли контроль над своей магией. Под настойчивым взглядом своей матери Фред, Джордж и Джинни кивнули друг другу и начали объяснять. К счастью, случаи, когда в брак вступало более двух супругов одновременно, хоть и были редкими, но не такими уж неслыханными. Надо сказать, дядя Молли имел двух жен, но они стали ревновать друг к другу и в конце концов убили его. Самым сложным для них было объяснить, как из всех возможных кандидатов он мог связаться с Беллатрикс. Про себя они посылали проклятия в адрес Гарри за то, что он еще не прибыл и оставил объяснения на них.

Было легко объяснить, как сошлись Гарри и Тонкс – в конце концов, она была его другом еще до того, как его отправили в Азкабан. И когда он обнаружил ее запертой в камере, то, без сомнения, захотел узнать, как она там оказалась. А остальное уже история. Но с Беллой все было по-другому. Довольно просто было сказать всем, что Гарри и Тонкс оказались вместе из-за скуки и невозможности поговорить с кем-то еще, но мысль, что из всех людей Гарри мог выбрать Беллу, ставила их в тупик, и трое Уизли действительно не знали, как это доходчиво объяснить. Но, на удивление, их выручила именно Гермиона.

- Ну, как Гарри нам уже рассказывал, он и Тонкс выбрали ее потому, что несмотря на все ее поступки, она была единственным заключенным, с которым они оба были знакомы. Кроме того, за время, проведенное в заключении с почти постоянными видениями с участием Волдеморта он, наверное, потерял большую часть своей ненависти и предрассудков по отношению к людям, использующим Темную магию. Или что-то подобное. Само собой разумеется, что когда три человека остаются наедине в течении длительного периода времени, и рядом нет больше никого, с кем можно было бы поговорить, они, в конечном счете начтут ладить между собою и между ними могут возникнуть чувства по мере того, как они будут узнавать друг друга поближе, - Гермиона попробовала объяснить произошедшее как что-то, о чем она прочитала в книге по психологии. После этих объяснений все просто решили принять этот факт, даже если и не были с этим согласны.

- Ну, вы двое очевидно знали об этом, так почему же вы ничего не рассказали раньше? - с любопытством спросил Артур у Рона и Гермионы, догадываясь, что его жена уже собиралась спросить о том же самом, но только уже более осуждающим тоном. Но снова ответ пришел оттуда, откуда его не ожидали. В этом случае от Джинни.

- На всех, кто что-то об этом знал, были наложены чары, не позволяющие обо всем рассказать, скорее всего еще после их первого посещения Азкабана с целью "освободить" Гарри. Он не хотел, чтобы его личную жизнь обливали грязью во всех газетах и обсуждали в обществе, как это было во время его учебы в Хогвардсе.

- А еще это защитит моих детей, если они когда-нибудь покинут Азкабан.

Все резко повернулись к источнику решительного голоса и ахнули, увидев Гарри, небрежно сидящего на ранее незанятом стуле.

- Если никто не будет знать, кто они на самом деле, то определенные элементы волшебного мира не будут стремиться навредить им просто потому, что я их отец, - заявил Гарри, бросив быстрый взгляд на Рона, имея ввиду, что он говорил о тех, кто придерживается таких же взглядов. – Следовательно, многие из вас в настоящее время находятся под теми же охранными чарами. Что могут подтвердить и эти двое, - продолжил он, жестом указав в сторону Рона и Гермионы, даже не потрудившись назвать их имена или хотя бы посмотреть на них. – Мое заклинание безупречно, без каких-либо лазеек.

Ему потребовалась одна минута, чтобы объяснить основные принципы действия этого заклинания так, чтобы каждый из них прекрасно понял. Хотя и большинству из них и не понравилось, что к ним применили какие-то неизвестные чары, они поняли его логику. Кроме того, будучи членами Ордена, большинство из них уже испытывали на себе такие чары, так что в этом не было ничего нового. После нескольких минут обсуждения глаза Молли расширились на мгновение, прежде чем она быстро повернулась к своей единственной дочери и бросилась к ней. Со всеми этими странными и шокирующими новостями, что обрушились на них с момента прибытия гостей, она совершенно забыла должным образом поприветствовать Джинни.

Что касается Джинни, то при приближении матери ею, казалось, овладело беспокойство, а у Гарри был такой вид, словно он собирался сбежать и спрятаться. Несмотря на изменения, которые произошли с ним за все эти годы, он до сих пор очень уважал Уизли и по-прежнему нуждался в их одобрении. Приблизившись к дочери, она обняла Джинни, как будто принося извинения за свою забывчивость, но вдруг с удивленным возгласом отскочила назад. Джинни поморщилась, когда ее мать смотрела на нее широко открытыми глазами, прежде чем опустить взгляд ниже. Точнее на живот Джинни. Она потянулась дрожащей рукой и коснулась ее живота, который был скрыт в свободных одеждах.

- Девочка моя! – вскрикнула она, снова обнимая Джинни с истерическими рыданиями, за чем в замешательстве наблюдали все остальные. Через некоторое время Джинни удалось выпутаться из объятий матери.

- Какой строк? – спросила она, всхлипнув несколько раз пытаясь сдержать очередной приступ рыданий.

- Семь с половиной месяцев, - осторожно ответила Джинни, взглянув на отца и двух самых старших братьев. Мнение Рона ее не интересовало – он уже не был для нее семьей. Услышав это заявление, всех присутствующих осенило понимание, и вся мужская часть семейства Уизли сейчас была на ногах, а Гермиона покосилась в сторону Гарри, у которого был такой вид, как будто он планировал быстрый побег в случае необходимости. Это сказало ей все, что она должна была знать.

- ЧТО? – громко закричали ее братья и отец. Почти сразу же Фред и Джордж не привлекая к себе внимания опустили на землю своих крестниц и начали медленно передвигаться в сторону Гарри.

- Кто отец? – спросил Артур после короткой паузы, чтобы успокоится, но это было очень трудно. Звуки легкого кашля снова привлекли их внимание к Гарри.

- Гм… ну… это…, это как бы я, - тихо выдал он, а его лицо начал покрывать румянец. После такого заявления не только Артур, но и Билл, Чарли и Рон не смогли сдержать себя в руках и начали наступать на Гарри. Впрочем, Фред и Джордж оказались достаточно быстрыми и их перехватили. Расположились прямо на их пути со строгими выражениями лица, которые выглядели неуместно на их обычно беззаботных физиономиях.

- Не думаю, что вы хотите сделать то, о чем позже можете пожалеть, - сказал Фред внезапно остановившейся группе.

- Уйдите с дороги, мальчики. Я не хочу применять к вам силу. И никому не позволю воспользоваться моей дочерью, - сказал Артур с едва сдерживаемым гневом.

- Мы не собираемся уходить, - серьезным тоном произнес Джордж. – И я боюсь, что убрать нас силой окажется для вас немного более сложной задачей, чем вы думаете. Мы не просто так победили Пожирателей Смерти, в десять раз превосходящих нас числом.

- У этого человека уже есть две жены, а вы без проблем позволяете ему увиваться вокруг нашей младшей сестры только потому, что ему так удобно? – процедил Билл сквозь сжатые зубы. Было очевидно, что Артур, Билл и очень сердиты. Но еще наблюдающим было ясно, что единственной причиной того, что Рон выбрал их сторону было то, что расклад четверо против двоих будет в его пользу.

- У Гарри не две жены, - раздраженно ответила Джинни, на время отвлекая внимание от Гарри. – А три, - продолжила она с ухмылкой. Все посмотрели на нее с таким, словно их мозг просто отключился.

- И Гарри меня не использовал. Если уж на то пошло, он был единственным, кто мной овладел, в первый раз, между прочим.

- Итак, теперь ты, наконец, соответствуешь своей репутации, - Рон оказался первым, к кому вернулся дар речи, и он презрительно улыбнулся своей сестре, почти с таким же выражением, как и Анне с Кэтрин. – Ты не более, чем одна из маленьких шлюх Поттера.

После такого заявления все в комнате, казалось, обратили свой гнев против него. Но даже гнев всех темпераментных Уизли вместе мекнул по сравнению с гневом Гарри. Со свирепым рычанием, он буквально отбросил Фреда и Джорджа со своего пути, смел с дороги Билла и Чарли, чтобы добраться до своего бывшего лучшего друга. Слишком рассерженный, чтобы даже думать об использовании магии, он сделал все старым добрым способом и отвесил по физиономии Рона тяжелый удар. Сила удара с пугающей силой отбросила младшего из мужчин Уизли назад, опрокинув столик рядом с диваном и впечатав его в стену. Подсознательно, магия Гарри удерживал всех на их местах, не давая им вмешаться. Оглушенный Рон лежал около камина, когда Гарри к нему приблизился и схватил за подбородок. С помощью небольшого количества безпалочковой магии, Гарри легко оторвал мужчину от пола и удерживал его на добрых восемь дюймов над землей, в то время как Рон тщетно пытался освободиться от его захвата.

- Ты так небрежно говоришь о ее репутации, как будто она ее заслужила. Из-за тебя и твоей лжи едва ли не каждая ведьма и волшебник в Англии плевали ей в след или говорили непристойности когда она просто шла по улице. Ты ничем не лучше того куска дерьма Фаджа или даже Перси. Ты просто не мог не набрасываться на каждого, кто с тобой не соглашался. Есть множество примеров, когда ты использовал свою бывшую аврорскую должность, пытаясь навязывать свою волю другим людям. Следуя по пути Фаджа, который пытался уничтожить всех, кто не разделял его точку зрения. Если неугодный вам человек не совершал ничего противозаконного, вы придумывали ему преступление или стремились разрушить его репутацию, так, как ты это сделал с Джинни. Со своей собственной сестрой, и только потому, что она верила в мою невиновность. А ты был настолько ослеплен вниманием, которого ты всегда так жаждал, что тебя не волновало, через кого придется переступить, даже если это будет твоя собственная семья. Я всегда знал, что ты завидовал обрушившимся на меня известности и вниманию, но я никогда не думал, что ты так далеко зайдешь в стремлении добиться некоторой известности.
- Да после всего, что ты проделал за последние восемь лет, единственное различие между тобой и Пожирателями Смерти – то, что они мертвы, а ты жив. Ситуация, которую я с удовольствием исправлю, если ты еще когда-нибудь заговоришь с Джинни в подобном тоне. Я ясно выражаюсь? – гаркнул Гарри, пристально вглядываясь в наполненные паникой глаза Рона. Тот слегка кивнул головой, преодолевая захват Гарри. Удовлетворившись, что ему удалось донести соответствующую информацию, Гарри оттащил его от стены и бросил на журнальный столик, после чего стремительно вылетел из дома и исчез.

Как только Гарри их покинул, все снова могли свободно двигаться, но они, казалось, этого не замечали. Все стояли в абсолютном шоке. Ну, за исключением Фреда и Джорджа, у которых был такой вид, как будто Рождество наступило раньше времени, и Джинни, стоявшей рядом с Анной и Кэтрин. На лицах всех троих расплывались самодовольные улыбки, когда Джинни смотрела сверху вниз на своего бессознательного брата. Наконец, в Молли проснулся материнский инстинкт и она бросилась к Рону, чтобы привести его в чувство. Ему потребовалось несколько минут, чтобы очистить голову от паутины и убедиться, что не было никаких серьезных травм. Но когда все было сделано, он пришел в ярость. Поднявшись, он повернулся к своей семье, как будто они были в чем-то виноваты:

- Почему никто из вас ничего не сделал? Этот монстр мог меня убить, а все что вы сделали – стояли в сторонке и не вмешивались.

- Ну что же, прежде чем высказать свое мнение, я считаю своим долгом сообщить всем, что когда гнев Гарри выходит из-под контроля, как это было только что, его магия стремиться "сдерживать" всех присутствующих и не давать им вмешиваться, - как ни в чем ни бывало спокойно сообщил Фред своей семье и повернулся к Рону. – Но даже если бы это было не так, более чем вероятно, что я бы НИЧЕГО не сделал. Или даже не упустил бы возможности и самому запустить несколько проклятий. В конце концов, еще не так давно наш дорогой младший брат дал интервью Ежедневному Пророку и сказал, я цитирую: "Несмотря на то, что беглецы, которых мы ищем, - мои братья, но я убежден, что их надо поймать, как собак".

- Да, я должен согласиться с моим дорогим близнецом. Надо сказать, единственная причина, что мы не запустили в него несколько проклятий в тот же момент, как мы пришли, - это данное Гарри слово, что мы "попытаемся удержаться от действий из-за прошлого". Думаю, это были его точные слова. Но, к сожалению, рот Рона и его эго просто не могли не помешать, - продолжил Джордж. Они оба говорили драматическим тоном, будто играя роль в какой-то греческой трагедии. Глядя на отца и самых старших братьев, Рон мог сказать, что они разделяли чувства близнецов по этому вопросу. Никто из них не вмешался бы, даже Гермиона. Даже не подумав о том, что он сделал для своей семьи за эти годы, он был возмущен их "предательством" и, посмотрев на них с презрением, стремительно бросился прочь.

***
В настоящее время Гарри сидел в своем кабинете в Азкабане и разговаривал с Тонкс и Беллой. Незадолго до возвращения Гарри от Уизли они вернулись после посещения матери Тонкс Андромеды. Все трое впервые посетили Тонксов вскоре после рождения Анны и Кэтрин. Так как ее отец был маглорожденным и они жили в магловском мире, вероятность того, что кто-то их увидит и узнает, была минимальной. Сказать, что супруги были потрясены их прибытием и отношениями – было бы громадным преуменьшением. Для Андромеды, происходящей из семьи чистокровных волшебников, подобные браки, и даже браки между членами семьи не были чем-то необычным. Но не для ее мужа. В мире маглов обе эти ситуации были незаконными очень и очень давно. Поэтому узнать, что его дочь замужем за тем же мужчиной, что и ее тетя для него было просто неприемлемо. Это был последний раз, когда Гарри вместе с Тонкс навещал ее родителей. Он просто планировал дать мужчине время принять сложившеюся ситуацию, но прошло пять лет, а их отношения не продвинулись ни на дюйм. Да и присоединение Джинни к их семье еще больше разогрело гнев отца на Тонкс. Так что теперь Гарри старался держаться подальше от мистера Тонкса. К счастью, тот хотя бы был более чем счастлив признать Анну и Кэтрин.

Прошло немного времени, и вернулась Джинни вместе с близнецами и двумя очень взволнованными маленькими девочками. Едва войдя в комнату они начали рассказывать обо всем, что они делали у Уизли и насколько им все понравилось. Гарри вздохнул с облегчением, узнав, что этот день не испортило даже его столкновение с Роном. Оказалось, что все прошло очень хорошо, ведь кроме Молли и Гермионы, которые волновались о Роне, всем остальным он был до лампочки. Молли не была бы собой, если бы не полюбила Анну и Кэтрин с первого взгляда, а тем, в свою очередь, очень понравилось обрушившееся на них внимание окружающих. После того, как первоначальный шок прошел, все решили попытаться принять отношения Джинни и Гарри, ведь трудно было не заметить, какой счастливой он ее сделал.

На следующей неделе Гарри вернулся в Нору, чтобы извиниться за свои действия. Гарри по-прежнему чертовски нервничал перед разговором с людьми, которые когда-то ближе всего находились к его представлению о родителях. Возможно, так сдержанны они были только в присутствии Джинни, но сегодня ее рядом не будет. К счастью, его опасения были необоснованными. Похоже, на мужчин Уизли оказала влияние его яростная защита чести Джинни неделю назад, так что они готовы били принять их отношения. Гарри испытал огромное облегчение из-за этого, ведь он глубоко уважал Уизли и последнее, чего ему хотелось - это встать между Джинни и ее семьей.

Ситуация с Роном оказалась более тревожной. После его ухода из Норы он, похоже, исчез. Никто, даже Гермиона, ничего о нем не слышали. После трехдневного ожидания в их квартире, Гермиона временно переехала в Нору, так что Молли могла помогать ей с ребенком. Хоть она и не вызывала у него особой симпатии, Гарри все еще немного ее жалел. Много лет назад она сделала выбор – на чей стороне остаться – и теперь вокруг нее все рушилось. Ей пришлось извиниться перед бывшим другом, которого она предала, только для того, чтобы быть отвергнутой. Человек, за которым она слепо следовала, постепенно дискредитировался в прессе и очень быстро терял поддержку, построенную больше чем за столетие. Из-за информации, она была уверена, поставляемой или самим Гарри, или его сторонниками. Информации, которую Дамблдор не мог опровергнуть. И, наконец, школьный друг, за которого она позже вышла замуж, исчез, бросив ее и сына. Несмотря на легкую жалость, что он к ней чувствовал, Гарри не собирался ничего менять – она сделала свой выбор и ей, как и всем остальным, придется жить с последствиями.

***
Полтора месяца спустя, Гарри стоял под лазаретом в ожидании новостей. Первые два раза были только он сам, Белла и Тонкс, так что он присутствовал в течении всего времени. Но на этот раз все было иначе. У них был надлежащий медицинский персонал и главный целитель – мадам Блисс, такая же строгая, как и мадам Помфри и она запретила находиться в палате лицам противоположного пола. С другого конца комнаты за Гарри с интересом наблюдал мистер Уизли. Он уже восемь раз через это проходил, так что уже привык к причудам целителей.

Когда всего несколько часов назад у Джинни начались схватки, Гарри неохотно согласился пригласить в Азкабан ее родителей. Его очень беспокоила их возможная реакция на определенных людей, с которыми они могли здесь встретиться. К счастью, мысли Молли были сосредоточены только на одном – добраться до своей дочери. Когда они прибыли, и Тонкс, и Белла уже были рядом с Джинни. Хоть Гарри и не мог увидеть эту встречу, но то, что с другой стороны двери еще не слышались звуки бросаемых проклятий, он посчитал хорошим знаком, во всяком случае, он на это надеялся. Фред и Джордж, похоже, находили забавным его беспокойство, так как он постоянно вскакивал со стула, делал несколько шагов по коридору, возвращался, и все повторялось по кругу снова и снова.

- Боже, я никогда так не нервничал с Анной и Кэтрин. И что эти целители имеют против присутствия мужчин при родах? – бормотал про себя Гарри, имея в виду мадам Блисс. Окинув взглядом комнату, он увидел, что мистер Уизли, казалось, был таким же спокойным, как и всегда. – Как вы можете оставаться таким спокойным? – раздраженным тоном спросил Гарри, на что Артур только улыбнулся:

- Это мой второй внук, Гарри, а до этого мне пришлось ожидать еще семерых детей. После такого человек просто вынужден научиться терпению.

При упоминании семи детей Гарри не мог не спросить:

- От Рона что-нибудь слышно? – со вздохом спросил Гарри, опускаясь в кресло напротив старшего мужчины. Он, конечно, не испытывал никаких теплых чувств к этому человеку, но его исчезновение сильно ранило Молли. При упоминании имени их брата, близнецы обратили свое внимание на другое. Они больше не считали его своей семьей и не хотели ничего о нем слышать. Но лицо Артура сразу же помрачнело. Он действительно не хотел говорить об этом, но чувствовал, что Гарри должен знать.

- Ничего. Он даже с Гермионой не связывался. В течении последних нескольких недель Билл вместе с Отделом Тайн следил за группой ведьм и волшебников в Болгарии, называющими себя Драконами. Они, похоже, считают своей обязанностью уничтожить и тебя, и тех, кого ты взял под защиту. Они говорят, что действуют ради общего блага, но поведением мало чем отличаются от Пожирателей Смерти. Нападают и убивают любого, кто высказывается против них, в том числе и в соседних странах. И это только вопрос времени, когда они проникнут дальше, если еще этого не сделали. У Билла есть основания полагать, что Рон вступил в эту группу. Он даже может оказаться одним из ее основателей, - потирая лицо, пояснил Артур усталым голосом.

Прежде чем заговорить, Гарри положил локти на колени и просто некоторое время смотрел на пол:

- Мне очень жаль, Артур. Я никогда не хотел, чтобы произошло что-то подобное.

- Я знаю. Нам всем жаль. Будем честными, у Рона уже давно были склонности к этому. Возможно, еще до того, как ты был заключен в тюрьму. Он всегда чувствовал себя в тени своих братьев. В некотором смысле, так оно и было, но он воспринимал этот факт тяжелее, чем большинство детей и обижался на любого, кто достиг того, что он не смог. Хотя он и считал тебя своим лучшим другом, пока вы были младше, он все же думал, что тоже находится в твоей тени. Наверное, именно поэтому он так стремился верить в твою вину. Без твоего присутствия рядом, он сам получил возможность оказаться в центре внимания.

Гарри только понимающе кивнул. Еще когда они были детьми много раз завить Рона к нему, к братьям, или кому-то еще делала того очень неприятным человеком, но они всегда преодолевали это. По крайней мере, так он думал в то время. Молчание прервал пронзительный крик на высоких тонах, словно ножом рассекший воздух. Гарри сразу же вскочил на ноги и бросился к двери, которая оказалась закрытой. Несколько минут он потратил на попытки выбить дверь ногой, прежде чем вспомнить, что он все-таки волшебник и может легко преодолеть любые запирающие заклинания. Бросив робкую улыбку трем мужчинам, он открыл двери лазарета и вошел. Артур, Фред и Джордж последовали прямо за ним. То, что мадам Блисс не пыталась перехватить их, он посчитал хорошим знаком, и они бросились к кровати, в настоящее время окруженной женщинами в то время, как Анна и Кэтрин подпрыгивали на соседней кровати.

- У НАС ЕСТЬ СЕСТРА! У НАС ЕСТЬ СЕСТРА! – громко кричали две девочки.

Когда он оказался рядом с ее кроватью, у Джинни было покрасневшее лицо, все ее тело покрывал пот, но Гарри казалось, что он еще никогда не видел ее такой красивой. Когда он вошел, мадам Блисс только что вручила Джинни маленький сверток. Молли стояла по одну сторону от кровати и по ее лицу текли слезы в то время, как Белла и Тонкс подпрыгивали, обнимая друг друга, как взбалмошные девченки-подростки, точно так же как их дочери прямо позади них. Опустившись на одно колено, Гарри поцеловал Джинни и посмотрел на розовое лицо своего спящего ребенка. Он мог только улыбнуться факту, что теперь у него три дочери. Хотя большинство мужчин, конечно, хотели бы сына после рождения уже двух девочек, Гарри нашел привлекательной идею о еще одной бегающей вокруг маленькой девочки. Конечно, он хотел бы когда-нибудь иметь сына, но всему свое время.

- Как мы ее назовем? – тихо спросил Гарри.

- Как насчет Гретхен? – с волнением предложила Тонкс. И натолкнулась на возмущенные взгляды. – Что? У меня была подруга по имени Гретхен, и я всегда думала, что это мило – продолжила она, защищаясь.

- Нет, они должны придерживаться традиции, - сказала Белла, стукнув племянницу по голове.

- Традиции? Какой традиции? – спросил Гарри, не имея ни малейшего понятия, о чем идет речь. Все остальные выглядели такими же сбитыми с толку, что вызвало у Беллы раздраженный вздох.

- Анну назвали в честь матери Нимфадоры, а Кэтрин – мое второе имя. Так что вы могли бы поступить также. Вы должны назвать ее в честь Джинни или кого-то из членов ее семьи.

- Мы можем сделать из этого традицию, - радостно воскликнула Тонкс, собрав еще больше удивленных взглядов.

- В таком случае я хочу назвать ее Эмили. Это второе имя мамы, - решила Джинни, улыбнувшись своей матери, которая снова разразилась слезами, крепко обнимая дочь. Гарри воспользовался возможностью забрать свою младшенькую и просто смотрел на нее, как на что-то удивительное.

- Это всегда по новому, не так ли? – он оглянулся и встретил понимающий взгляд Артура. Гарри просто улыбнулся и встряхнул головой, не доверяя голосу, когда на глаза навернулись слезы. Он был прав, подумал Гарри, он никогда не устанет от этого чувства. Всю свою жизнь он хотел, чтобы его родители были с ним, хотел иметь настоящую семью. Но с тремя его дочерями все остальное кажется незначительным. Все трудности, что он пережил в своей жизни, привели его туда, где он был сегодня, и он не променял бы это ни на что другое. Даже на счастливое детство рядом со своими родителями без нависающей над головой угрозы Волдеморта.

***

В течении следующих нескольких месяцев с помощью различных служб новостей Гарри усилил кампанию в СМИ против Альбуса Дамблдора, предоставляя доказательства некоторых его наиболее сомнительных действий, в том числе воровство камня у Николаса Фламеля, в конечном счете приведшее к его смерти. Обычно он сообщал эту информацию Рите Скитер, будучи уверенным, что она выставит все в худшем свете и ради возможности и в дальнейшем получать еще больше информации не станет упоминать его имя. И, несомненно, она будет молчать, получая эти эксклюзивные истории. Не говоря уже о немалых деньгах, которые она зарабатывала, продавая свои статьи заинтересованным службам новостей. Конечно, на всякий случай Гарри держал ее под заклинанием секретности, но ведь ей и не обязательно было это знать? Сказать, что общественность была возмущена поведением и обманом одной из самых уважаемых фигур – было бы громадным преуменьшением.

Конечно, директор пытался все отрицать, но, как Гарри всегда считал, люди были овцами, которые, развесив уши, верили каждому печатному слову. Конечно, его популярность уже сильно пострадала, когда все узнали, что он несправедливо отправил в тюрьму "мальчика-который-выжил". Стьтьи Скитер появлялись в каждом крупном печатном издании, многие из них обсуждались в дебатах на радио. Поскольку большинство доказательств были на поверхности, Дамблдор смирился с судьбой и перестал бороться. Он уже потерял должность Главы Визенгамота, а Совет попечителей Хогвардса активно искал замену для должности Директора школы Хогвардс.

К сожалению для Гарри, мирную жизнь, которой он желал для своей семьи, пришлось временно отложить. Несмотря ни на что, он был опечален, узнав, что Ран действительно был членом группы, называвшей себя Драконами, как и подозревал Билл. Последнее доказательство они получили, когда, спустя шесть месяцев после своего исчезновения, Рон вместе с семью другими членами этой организации напал на Нору, пытаясь похитить своего собственного сына. К счастью, они выбрали день, когда близнецы навещали мать и нападение довольно легко отбили, хотя Рону удалось бежать. Вскоре после этого появились сведения, что Драконы взяли под контроль Школу Магии Дурмстранг и сделали его своей штаб-квартирой. После трех неудачных попыток вернуть школу, болгарское Министерство официально попросило о международной помощи.

Билл был готов отправить на помощь болгарскому министерству всех доступных авроров, но не успел он даже подготовить соответствующий приказ, как в его кабинете загадочным образом появился Гарри, посоветовал держаться от всего этого подальше и сказал, что сам займется этой проблемой. На вопрос, что он имел ввиду, тот ответил: "Эти Драконы хотят уничтожить меня и моих людей, я просто собираюсь предоставить им такую возможность".

Так как этот бой должен был проходить далеко от Азкабана, и их жизням не угрожала непосредственная опасность, Гарри решил выложить жителям Азкабана всю информацию, и пусть они сами для себя решат, должны они бороться, или нет. Удивительно, но почти каждый способный сражаться согласился пойти. В конце концов, хоть противники и не смогли бы напасть на Азкабан, они атаковали других, пытаясь заручиться поддержкой против них, их лидера Гарри. Почти единодушно было принято решение, что Азкабан окажет поддержку Болгарскому Министерству, в которой оно так отчаянно нуждалось. Единственные посторонние, которым Гарри позволил при этом присутствовать, были представители английского и болгарского правительств, чтобы никто не смог обвинить его в незаконных операциях на иностранной территории с целью захвата большей власти. Получив детальные планы школы, они снова отправились в бой.

Как Гарри и ожидал, это была скорее незначительная стычка, а не грандиозная осада, как опасалось правительство. Несмотря на то, что эти люди хотели увидеть его мертвым, Гарри был впечатлен модификациями в защитных чарах Дурмстранга. Защита теперь значительно превышала стандарты Хогвардса, и по надежности превзойти их мог только Азкабан. Впрочем, это было спорным вопросом – вместе с Беллой и Снейпом Гарри снес защиту всего лишь менее чем за полчаса. Используя предоставленные болгарами карты, они быстро разделились на отдельные атакующие команды и с разных локаций вошли в школу. То ли противники не заметили падения охранных заклинаний, или же были слишком потрясены этим – неизвестно; в конце концов, они уже как-то отразили три предыдущие атаки Министерства. Было ли это незнанием или шоком, но они были не готовы к борьбе. Легко нападать на беззащитных людей, но, как оказалось, те не знали, что делать в сражении против опытных бойцов.

В отличии от Пожирателей Смерти, они на самом деле пытались по возможности захватить побольше пленных, используя смертоносные заклинания только при крайней необходимости. В один из таких случаев были вовлечены Фред и Рон Уизли. Младший Уизли явно не собирался уходить спокойно, он сам разыскивал своего брата. Рон почти все время оборонялся, но отказывался сдаваться, нападая с животной яростью. В результате он получил много тяжелых ранений, прежде чем его наконец взяли под стражу. К сожалению, для семьи Уизли, во всяком случае, позже он умер от ран. Получив известие об этом, и Молли и Гермиона, конечно же, были безутешны. Гарри жалел двух женщин, и чувствовал себя немного виновным, будучи благодарным за то, что Рона убил Фред, а не он сам. Он уже нес прямую ответственность за смерть Перси и ему не хотелось, чтобы еще один Уизли принял смерть от его руки.

Всех пленников поместили в камеры с высоким уровнем безопасности в болгарском Министерстве до тех пор, пока не будет достроена новая тюрьма. Эта новая огромная тюрьма с помощью Гарри была построена в пустошах северной Сибири для содержания самых опасных преступников со всего магического мира.

В результате их помощи в возвращении Дурмстранга болгары согласились на те же условия договора, что Гарри вынудил подписать Дамблдора. Это было незадолго до того, как он подписал подобные соглашения с почти каждым магическим правительством в мире. Теперь любой гражданин Азкабана мог свободно передвигаться по всему миру, не опасаясь судебного преследования за прошлые преступления. Кроме того, теперь у Гарри было законное право устранить любую угрозу безопасности Азкабана по всему миру независимо от национальных границ. Взамен дементоры будут стоять на страже в новой тюрьме в Сибири, которая пришла на смену Азкабану и, обсудив это со всеми, он также согласился, что в случае возникновения любой серьезной угрозы они будут оказывать помощь тем, кто согласился на его условия. НО вмешиваться они будут только в случаях крайней необходимости. Он не собирался подставлять своих людей под удар просто потому, что какой-то слабый министр захочет спасти своих собственных людей за счет за счет жизней других.

После смерти Рона Гермиона бросила свою квартиру и навсегда преехала в Нору, чтобы Молли было проще приглядывать за Робертом, когда она вернется на работу. Она получила работу в Отделе Тайн, которое занималось исследованием и изучением разных магических артефактов. Сначала Гарри было немного неудобно посещать Нору, когда там находилась Гермиона, но вскоре стал просто полностью ее игнорировать, даже не признавая ее присутствия. Гермиона была очень опечалена, что ее отношения с Гарри не улучшались со временем, но она смирилась с тем, что дружба, так небрежно растоптанная ею много лет назад, действительно ушла навсегда.

Джинни редко покидала Азкабан из-за реакции, которую она, как правило, вызывала у волшебного населения Англии, так что для Молли и Артура Гарри открыл доступ на остров, чтобы они могли посещать ее и Эмили в любое удобное для них время. Естественно, Анна и Кэтрин были рады, что теперь у них была маленькая сестра, но немного разочаровались, обнаружив, что она была настолько крошечной и еще не могла с ними играть. У Гарри чуть не случился сердечный приступ, когда однажды ночью Белла решила объявить, что хотела бы иметь еще одного собственного ребенка. Он только с испугом посмотрел на женщину, ведь он помнил ночь, когда родилась Кэтрин. Хотя для женщин не редкость во время родов сыпать проклятиями, необычно было то, что она "буквально" всех проклинала. Он все еще вздрагивал каждый раз, вспоминая о том ужасном сглазе, что она на него наслала.

К огромной всеобщей радости, состоялась двойная свадьба Фреда и Кэти Белл, Джорджа и Анжелины Джонсон. Как однажды Гарри сказал Снейпу, свадьбы были редкостью в Азкабане и давали законные основания устроить громкий праздник. Похоже, семья Уизли переживала период бэби-бума – Кэти и Анжелина забеременели сразу после свадьбы, Билл и Флер Делакур тоже ожидали ребенка. Как только была обнаружена беременность, Молли стала планировать свадьбу и для них. Кроме того, как любил его дразнить Чарли, для Министра магии недопустимо иметь "внебрачного" ребенка.

К счастью, больше не было никаких достаточно серьезных проблем, требующих вмешательства Гарри. Казалось, что самой возможности того, что к ним спустятся жестокие бойцы Азкабана, было достаточно, чтобы сдерживать большинство людей. Общественный протест против Гарри почти исчез, и теперь он мог отдохнуть и расслабиться, на этот раз без нависающих тяжелых мыслей и груза всего мира на плечах. Белла получила то, чего хотела и вскоре родила здорового мальчика, которого они назвали Сириус Джеймс в честь Сириуса и отца Гарри, снова придерживаясь их традиции.

Сейчас Гарри сидел в гостиной их квартиры со спящим Сириусом на руках. Рядом с ним заснула Кэтрин, обнимая его свободную руку. Тонкс расположилась перед камином, вокруг нее с невероятным количеством энергии подпрыгивала Анна, Джинни и Белла на полу играли с Эмили, которой сейчас было уже почти два года. Глядя на всех своих детей, Гарри вспомнил вопрос Артура в тот день, когда родилась Эмили. "Нет, это никогда не надоест", - пробормотал про себя Гарри, отклоняя голову назад и погружаясь в объятия сна.

КОНЕЦ

@темы: ГП/БЛ, ГП/НТ, Гарри Поттер, Лорд Азкабана, перевод

URL
   

Моя записная книжка

главная