alextyna
Часть 4 (1)
Эпилог

Со времен победы над Волдемортом в Азкабане прошло уже почти полтора года, а волшебный мир все еще находился в состоянии восстановления. Теперь, когда Волдеморт лишился своих сил, а большинство его самых могущественных Пожирателей Смерти погибли или были захвачены в плен, выследить остальных и отдать их под суд оказалось довольно легкой задачей. Так как больше не было возможности отправлять всех их в Азкабан, строительные работы началось с нового объекта, который мог бы его заменить. И который, как все надеялись, будет безопаснее, чем раньше была островная тюрьма, откуда Волдеморту удалось организовать два массовых побега. Министерство все еще искало замену убитым и тем, кто в свое время присоединился к Волдеморту.

Сначала волшебное сообщество приняло новости о том, что на самом деле случилось в Азкабане с шоком и неверием, быстро переросшими в гнев. Хотя он и не был направлен исключительно на Гарри, многие по-прежнему предпочитали считать его ответственным за нынешнее состояние мира. Большая часть общественного недовольства была направлена на бывшего Министра Магии Корнелиуса Фаджа и нынешнего Министра и Директора Хогвардса Альбуса Дамблдора. Казалось, большинство людей просто не в состоянии увидеть, что они также несут ответственность, и более чем счастливы переложить ВСЮ вину на нескольких избранных лиц, сыгравших ключевую роль, вместо того, чтобы признать тот факт, что они тоже могут быть виноваты. Но такова человеческая природа. Всем хочется верить, что в такой катастрофической ситуации они не играли никакой реальной роли, но когда речь заходит о чем-то действительно выдающимся, они более чем счастливы заполучить все возможные почести. Хотя на Фадже и Дамблдоре и лежала большая часть ответственности, но фарса с судебным процессом можно было избежать, если бы некоторые из "друзей" Гарри всего лишь потребовали, чтобы их лидеры придерживались тех самых законов, которые сами же клялись защищать. Но они этого не сделали, позволили вести себя за руку, как маленьких детей, просто потому что: "Эй, это же Дамблдор, он никогда не ошибается."

Стала известна история о том, что теперь Гарри контролировал Азкабан и дал убежище многим людям, в том числе "бывшим" Пожирателям Смерти. Но мало кто мог сказать что-то, кроме резких слов, когда обнародовали список имен. Имен, настолько заметных, вызывавших самые бурные реакции. Беллатрикс Лестранж, Драко Малфой и Аластор Грюм! Первые двое – из-за их откровенно дурной славы членов внутреннего круга Волдеморта, а последний – из-за того, что он должен был быть мертвым, а так же из-за связи с Дамблдором. То же самое можно было сказать и о Снейпе и МакГонагалл. Правда, нашлись те, кто требовал, чтобы Дамблдор сделал что-то с некоторыми из наиболее печально известных преступников из этого списка. Но большинство сохраняло спокойствие и не очень волновались, пока все эти люди оставались в Азкабане и не беспокоили приличный народ вроде них. Вероятно, они просто не решались рисковать и дать Гарри Поттеру повод обратить свое внимание на них. Кроме того, какова вероятность, что такая женщина, как Беллатрикс рискнет прогуляться по Косому переулку? Хотя большинство людей были возмущены, что Гарри позволил этой женщине разгуливать на свободе, все они, включая Логнботтомов, многое бы отдали за возможность увидеть одну из ее "встреч" с теперь уже бессильным Темным Лордом.

Самого Дамблдора, хотя физически он чувствовал себя таким же молодым и сильным, как в пятьдесят лет, истощал груз ответственности, навалившийся на него, как на Министра магии и Директора Хогвардса. К сожалению, из-за нападения Волдеморта на Хогвардс и его расправы над многими членами Министерства, не осталось достаточно квалифицированных людей, которые смогли бы взять на себя эти роли. МакГонагалл, единственному профессору с достаточной квалификацией как и единственному оставшемуся в живых члену Министерства Артуру Уизли, недоставало опыта. И даже когда Артур все же занял должность в Министерстве, он ясно дал понять, что останется только чтобы помочь восстановить правительство. И когда это закончится, уйдет в отставку, чтобы как можно больше времени проводить со своей семьей. Предательство Перси на самом деле очень сильно по ним ударило, так же как новости о том, что по приказу Гарри он вместе с остальными коррумпированными чиновниками Министерства получил Поцелуй. Но как бы больно ни было, Гарри они не осуждали. Даже Рон и Гермиона.

Вышеупомянутого Директора часто можно было увидеть мрачно бормочущего про себя, проклинающего имя Гарри, когда бремя становилось особенно тяжелым.

Весь магический мир был очень удивлен чудесным выздоровлением семьи Лонгботтомов и когда стало известно, что к этому причастен Гарри, это только утроило количество отсылаемой Мальчику-который-выжил почты с просьбами об исцелении близких. Но как и все остальные письма, отосланные со времени падения Волдеморта, все они возвращались к отправителям нераспечатанными. Не обращая внимания на развернувшиеся дебаты о том, как такое могло произойти, трое Лонгботтомов большую часть своего времени проводили вместе и испытывали огромную благодарность к молодому волшебнику, который дал им второй шанс провести жизнь вместе. Хотя каждый из них хотел бы присоединиться к Гарри в Азкабане, чтобы убежать от всех взглядов и перешептываний повсюду, где бы они ни оказались, они признавали, что оставаясь частью волшебного мира, можно помочь сделать его гораздо лучше.

Как и "смерть" Перси, внезапное исчезновение острова Азкабана глубоко обеспокоило семейство Уизли, во всяком случае, большую его часть. Уже много лет без особого успеха Артур искал своих двух сыновей-близнецов, Фреда и Джорджа, да и внезапное исчезновение Джинни вызвало у всех них переполох. После поражения Волдеморта Рон сообщил своим родителям, что Дамблдор получил доказательства того, что близнецы, а так же Джинни были на острове с Гарри и Артур выдохнул с облегчением, зная, что пока Гарри способен бороться, с ними не случится ничего плохого. И Артур и Молли сразу же помчались бы, чтобы оказаться рядом со своими детьми, если бы не было этого раздражающего заклинания Тайны, и он смог бы им рассказать обо всем раньше. После того, как Рон с помощью портключа прибыл в Нору из Хогвардса, он много раз пытался рассказать своим родителям новость, но бессвязный набор звуков – это все, что ему удалось выдать. Так продолжалось до тех пор, пока Волдеморт не был побежден. Примерно в то же самое время, когда исчез Азкабан, Рон и Гермиона обнаружили, что теперь даже в компании других людей могут говорить о том, чему они стали свидетелями. С одним единственным исключением. Этим исключением был тот факт, что теперь Гарри "связан" с Нимфадорой Тонкс и Беллатрикс Лестрейндж. Похоже, Гарри не собирался допускать, чтобы его личная жизнь стала предметом общественного обсуждения, как это было во времена его учебы в Хогвардсе.

Рон, в свою очередь, большую часть своего времени помогал Френку и Невиллу Лонгботтомам в обучении новых Авроров и Невыразимцев для вновь восстановленного Министерства. Хотя он и не возлагал на Гарри ответственность за судьбу Перси, он все же очень злился на своего бывшего лучшего друга. По его мнению, Гарри поступил как трус и был ничем не лучше Волдеморта, так как отказался вмешиваться, пока ему самому не угрожали. Хотя он никогда не говорил этого вслух, Дамблдор придерживался того же мнения. Взгляды Рона были постоянным источником споров между ним и его семьей, которая считала по-другому. С рождением сына Роберта, названного так в честь убитого отца Гермионы, Рон немного смягчился, но Мерлин вам в помощь, если вы когда-нибудь осмелитесь в его присутствии сказать доброе слово о Гарри.

Сначала Гермиона разделяла точку зрения Рона, но после того, как с Норы были сняты чары Фиделиус, ей пришлось столкнуться с очень сердитой Кристин Грейнджер. Гермиона, которая обычно была очень спокойна и собрана, иногда даже с оттенком превосходства при общении со своей маленькой сестрой, отпрянула назад при виде абсолютной ярости на лице девушки. За этим последовали полчаса словесных упреков о том, какими глупыми надо быть, чтобы на самом деле надеяться, что стоит только попросить и Гарри поможет им после всего, что ему довелось пережить. Вспоминая многочисленные статьи, появившиеся в различных изданиях в первые несколько дней после того, как они вернулись из Азкабана, сестра еще больше разозлилась, поняв, что их "анонимными" источниками в большинстве своем были или сама Гермиона, или ее идиот муж. Ведь Люпин слишком погряз в жалости к себе, чтобы поговорить с репортерами, а Дамблдор был не так глуп, чтобы еще больше злить Гарри. Источники, представлявшие Гарри холодным бездушным монстром или даже следующим Темным Лордом.

Выразив чрезвычайное недоумение глупости своей сестры, на самом деле поверившей, что после такого предательства своих друзей он поможет им только потому, что они попросили, она выбежала из дома, оставляя Гермиону рыдать на полу. Само собой разумеется, с тех пор эти двое больше не разговаривали. С тех пор Гермиона много раз пыталась с ней связаться, но после более года возвращений писем и игнорирования сообщений она, наконец, сдалась.

В отличии от Рона, остальные члены семьи Уизли решительно поддерживали Гарри и его решение отделиться от остального магического мира, коррумпированного и возглавляемого идиотами. Вскоре после окончания войны после настойчивых просьб матери Билл и Чарли вернулись в Англию. Вернувшись, они с удивлением узнали, что Фред и Джордж находились в Азкабане, и недавно к ним присоединилась и Джинни, и что все они, очевидно, решили остаться там. Но они не могли их в этом винить. В конце концов, близнецы были разыскиваемыми преступниками, и Гарри дал им убежище, когда почти все остальные, в том числе и их младший брат, охотились за их головами. И, к сожалению, Джинни уже и пойти никуда не могла без того, чтобы кто-то не начал указывать на нее пальцем и переходить на шепот, говоря о ней, как о каком-то мусоре. А все благодаря отвратительным слухам, которые распространил ее "любимый" брат Рон просто потому, что она не разделяла его взгляды о том, каким "злым" был Гарри Поттер. Двое самых старших детей Уизли решили на несколько месяцев остаться в Англии, хотя и отказались остановиться в Норе из-за присутствия там Рона. В конце концов только Чарли вернулся к своему дому и работе за границей. Билл решил перевестись обратно в филиал Гринготса в Лондоне. Так он тоже мог помочь в восстановлении страны, так как проявил интерес к политике.

Широкая общественность была не намного лучше. И если эта катастрофа и принесла что-то хорошее, так это было то, что люди, похоже, больше не доверяли так своим лидерам и больше не следовали за ними вслепую. Теперь они острым глазом наблюдали за действиями членов вновь реформированного Министерства, за любыми признаками коррупции или темных намерений. Им явно не хотелось повторять ошибки прошлого, а потому так же пристально наблюдали за Альбусом Дамблдором, который больше не пользовался таким уважением, как раньше. Как и было обещано, мистер Уизли ушел в отставку сразу после того, как было сформировано новое Министерство, каждый из его членов был надлежащим образом подготовлен и занял свою новую должность. Дамблдор обратился к нему с просьбой продолжить и взять на себя должность Министра Магии, но он твердо отказался. Год спустя были проведены публичные выборы, и Министром Магии был избран Билл Уизли, по количеству голосов значительно опередив достаточно популярного бывшего профессора зелий Слагхорна. Странным было то, что Билл даже не знал, что был кандидатом, пока выборы не были почти закончены, и он сам не пришел отдать свой голос. Оказалось, что на церемонии выставления кандидатуры прошлой ночью, проведенной новыми руководителями Министерства и их подчиненными, кто-то бросил его имя. Вероятно, это был кто-то из его старых друзей, которые посчитали, что было бы весело увидеть, какой будет его реакция. Но вместо того, чтобы просто посмеяться, почти все, похоже, отнеслись к этому серьезно, и после долгих споров было решено, что он может присоединиться к соревнованию вместе с Горацием Слагхорном.

У Билла чуть не случился сердечный приступ, пока он читал кусок пергамента в своей руке. Он, конечно, слышал о Слагхорне и был готов проголосовать за его конкурента, независимо от того, кто это был. В конце концов, мужчина был всего в одном шаге от того, чтобы стать охотником за популярностью. Направив кончик палочки на отметку ниже имени Слагхорна, он уже был готов отдать свой голос, но замер, прочитав стоящее рядом с ней имя. Через несколько минут от шока он просто отбросил бумагу, аппарировал назад в гостиничный номер и открыл новую бутылку Огневиски. И именно здесь утром, после того, как были объявлены результаты, его нашли трое членов его семьи. Развалившегося на полу, с двумя пустыми бутылками рядом и третьей, очевидно, разбитой об стену. Молли и Артур были несказанно шокированы, а Чарли выглядел очень довольным, что оказался здесь, когда родители нашли его старшего брата в таком положении.

В отличии от Министерства, ситуация с Хогвардсом была совершенно другой. Хотя и трудно было найти достаточно квалифицированных людей на каждую должность, был большой выбор людей с большим опытом. Поиск квалифицированных ведьм и колдунов, которые могли бы преподавать в Хогвардсе, соответствуя его высоким стандартам, было сложной задачей даже при ежегодном поиске преподавателя Защиты. Но теперь Дамблдору надо было найти шесть профессоров, причем троих для трех из четырех основных дисциплин, которые требовали опыта и таланта больше всех остальных. Никогда еще со времен основания школы не было столько открытых вакансий в одно и то же время.

Альбус Дамблдор сидел за своим столом, просматривая резюме от еще одного несоответствующего должности кандидата на должность преподавателя Защиты. Похоже, это все, чем он занимался в последнее время. Учеба в школе продолжалась уже три с половиной месяца, но, похоже, все волшебники, достаточно квалифицированные, чтобы преподавать этот предмет или не интересовались преподаванием, или боялись проклятия, которое, похоже, было на этой специфической должности. Профессору Шеклболту удалось удержаться на этой должности больше года, но его убили на территории школы. Волшебники были народом суеверным, и не хотели напрасно ставить под угрозу свои жизни. Из-за отсутствия такого количества профессоров, открытие школы пришлось отложить на целый год. За это время нашли замены и сделали ремонт школы. До начала учебного года ему удалось найти учителей для всех предметов, за исключением Защиты от темных искусств. Так что вместо того, чтобы еще больше отстрочить занятия, он решил взять эту должность на себя, пока не найдется кто-то подходящий. Но пока что никого так и не нашли.

В целом, Пожиратели Смерти нанесли школе не такой уж большой урон, но проблема была в том, что большая часть повреждений была сосредоточена в Большом зале. Никогда еще Хогвардс не видел такого беспорядка. Каждый из длинных факультетских столов был буквально разбит вдребезги, а флаги, вывешенные вдоль стен, рассыпались пеплом. Проклятия разрушили защиту, защищавшую целостность зала, что привело к разрушению половины потолка, а в стенах появились несколько выбоин. Каждый, кто видел эти разрушения, просто не мог найти слов, чтобы выразить свои мысли, поэтому они просто застывали в шоке, не обращая внимания на разбросанные повсюду изувеченные тела Пожирателей Смерти. Было очевидно, что или Пожиратели Смерти сделали какую-то глупость и сами себя взорвали, или кто-то подкрался к ним, когда они потеряли бдительность и сделал то, что не смог сделать Дамблдор. Поиск трупов других Пожирателей Смерти по всей школе дал им очевидный ответ. Оставался единственный вопрос, на который еще предстояло ответить – кто это сделал. У Дамблдора была довольно хорошая идея по этому поводу, но без доказательств он не мог позволить себе открыться, чтобы позже не ошибиться.

Отложив в сторону еще одно резюме, старик снял очки и потер переносицу. В такие моменты он был очень благодарен, что новый Министр Магии уже избран. Эта должность была просто еще одной головной болью, которая сейчас ему была совершенно не нужна. И хотя у него были сомнения, когда Билла Уизли избрали в первый раз, он удивился, когда увидел, что молодой человек оказался весьма способным к этой работе и был открыт для любых советов, которые предлагали руководители отделов и советники. Качество, которого так не хватало Корнелиусу Фаджу, и из-за чего его деятельность была столь неэффективной. Хотя он мог и не всегда соглашаться с такими советами, все знали, что к каждому из них он отнесется серьезно, и если он его не учтет, на это будет очень веская причина. После нескольких минут размышлений о последних событиях, он снова одел очки, готовясь продолжить свою трудоемкую задачу. Как раз добравшись до еще одного резюме, его слух уловил тихое хихиканье. Одним быстрым движением он выхватил палочку и направил ее в сторону двери, но там никого не было. Внимательно осмотрев комнату, он пришел в замешательство, ничего не найдя. Из-за защиты и чар секретности без его ведома в кабинет никто войти не мог, но он был совершенно уверен, что ему не просто послышалось.

- Здесь! - раздался знакомый голос после резкого свиста. Повернув голову в сторону голоса, он лишь слегка удивился, увидев Гарри Поттера, небрежно развалившегося на вершине одного из его высоких книжных шкафов.

- Ну что, вы собираетесь приветствовать одного из ваших любимых студентов? Вы могли бы для начала убрать это, все равно от нее не будет никакой пользы, - забавляясь сказал он, посмотрев на палочку, которая в настоящее время указывала прямо на него.

Хотя сейчас директору больше всего на свете хотелось запустить в находящегося перед ним молодого человека всеми известными ему проклятиями, он знал, что ни одно из них не пробило бы его защиту. С тяжелым вздохом он опустил палочку и сердито проворчав, плюхнулся обратно в кресло.

- Итак, по какой причине Вы почтили меня своим присутствием?

- Как, Директор? – обиженно произнес Гарри. - Неужели Вы не рады меня видеть? Еще не так давно Вы убить были готовы, чтобы увидеть меня в этом кабинете. Ну, времена меняются, я полагаю, но если вы собираетесь использовать сарказм такого рода, я бы посоветовал вам взять несколько уроков, потому что это было довольно посредственно. Ну а насчет того, почему я, как вы выразились, "почтил вас своим присутствием", - сказал он, спрыгнув с книжного шкафа. - На самом деле, я здесь из-за Северуса и Минервы. Муди считает, что ваша дружба уже давно прошла. Но, несмотря на проблемы, что были у вас с Минервой последние несколько лет, она все еще очень уважает вас и считает вас дорогим другом. И, как вы знаете, Северус всегда считал вас отцом даже больше, чем своего собственного. Я здесь, чтобы дать вам возможность общаться с ними обоими пока они находятся в Азкабане.

- И как я могу это сделать? – заинтересовался директор. Несмотря на весь гнев и неприязнь к Гарри, он все же хотел бы снова связаться со своими старыми коллегами, и если для этого надо было держаться вежливо, то так он и сделает.

- Фоукс, - просто ответил Гарри, махнув в сторону спящего феникса. Дамблдор посмотрел на Гарри мгновенно сузившимися глазами:

- Мистер Поттер, феникс может отправиться в любой уголок мира, несмотря на защиту или щиты, но до сих пор Фоукс не смог их найти.

- Вы правы, феникс может попасть в любую точку мира, поэтому само собой разумеется, что если он не может нас найти, значит мы больше не являемся частью этого мира, - ответил он с усмешкой, которая стала еще шире, при виде того, как расширились глаза Директора.

- Как ..., - изумленно начал он, когда его оборвал Гарри.

- Не стоит утруждать себя вопросами, если ответы будут вне вашего понимания. Все, что я могу вам сказать – это то, что после победы над Волдемортом я убрал Азкабан из этого измерения, а теперь узнал, как мы можем по своему желанию путешествовать туда и обратно. А еще Белла придумала заклинание, применив которое к сове или другому животному, например такому как феникс, они смогут добраться до острова, если будут нести письмо или пакет при условии, что такая посылка не будет содержать опасного волшебства. Опасное волшебство включает в себя также и любые формы отслеживающих и наблюдающих чар. Так что, если вы меня извините, я предпочел бы закончить с этим и убраться отсюда. Дамблдор все еще пытаясь осознать эту информацию, а также изо всех сил стараясь оставаться спокойным, когда Гарри намекнул, что он был недостаточно умен, чтобы понять ответ на вопрос, подошел к жердочке, на которой отдыхал Фоукс.

За неимением лучшего способа разбудить спящую птицу, Гарри просто пару раз слегка ткнул феникса в грудь. Эффект был незамедлительным. Гарри пришлось очень быстро отдернуть руку, так как раздраженная птица попыталась отхватить от нее кусочек. После минутного разглядывания Гарри он занялся выпрямлением перьев на своих крыльях, которые растрепались из-за резкого движения.

- Извини, что пришлось разбудить тебя, дружище, но ты мне нужен проснувшимся, - объяснил Гарри веселым голосом, будто бы посчитав реакцию птицы довольно забавной. В ответ он получил только еще один холодный взгляд.

/Ну почему ты не мог просто что-то сказать, а не тыкать в меня, как в младенца. Глупые люди./

Гарри осмотрел комнату, чтобы найти источник голоса, но ничего не нашел. Дамблдор не подал ни единого признака, что он что-то слышал, он только наблюдал за тем, что собирался сделать Гарри для того, чтобы позволить фениксу попадать в Азкабан. После нескольких минут раздумий он пришел к единственно возможному выводу.

- Я просто сделаю вид, что ничего не слышал! - сказал он смущенным тоном, поворачиваясь к Фоуксу, который смотрел на него пристально и немой долей удивления. Не говоря ни слова, он просто поднял руку и с его указательного пальца сорвался небольшой луч желтого света и окружил феникса. Сначала Фоукс выглядел встревоженным, но потом "почувствовал", что Гарри не пытался причинить ему вред и успокоился. Через некоторое время свет изменился до нежно-голубого и Гарри опустил руку, обрывая связь.

- Все в порядке, Фоукс, в следующий раз, когда Дамблдор захочет, чтобы ты доставил сообщение Северусу или Минерве, ты инстинктивно будешь знать, где они находятся и как туда добраться, точто так же, как и до всех остальных. Кроме того, принимая во внимание разногласия между фениксами и дементорами, ты теперь огражден от их влияния, точно так же, как и они от тебя. Теперь, если вы оба извините меня, мне пора.

- СТОЙ! - закричал Дамблдор, сорвавшись с места. Гарри с любопытством повернулся к директору. Он скорее мог бы предположить, что тот захочет побыстрее выставить его за дверь, так что слегка пришел в замешательство из-за того, чего хотел старик. И как только тот снова заговорил, он понял и это еще больше его разозлило:

- Почему Вы сделали это со мной? - спросил директор тихим голосом.

Мгновенно глаза Гарри сузились:

- Это все, о чем вы можете думать? О себе? - сердито выпалил Гарри. - Я не знаю, когда это произошло, и мне все равно. Но как-то вы на самом деле поверили во все эти смешные истории, которые о вас рассказывают люди. Большинство глупых идиотов здесь, кажется, думают о вас как о каком-то божестве. Всезнающим и не допускающим ошибок. Что бы вы не сказали – это всегда верно, что бы вы не сделали – вы должны быть правы. Вы, конечно же, совершали ошибки и когда вы это делали, все думали, что это, должно быть, чужая ошибка. Но вы никогда их не поправляли. Надо сказать, что вы поощряли это и отрицали любую вину, даже перед самим собою. Вы сами себе представляетесь неким великим борцом против всего зла, включая то зло, которое вы сами помогли воспитать. Вы с первого взгляда знали, что собой представляет Том Риддл, и все равно ничего не сделали. Вы никому не рассказали о его жестоких поступках.

- ДОСТАТОЧНО, МИСТЕР ПОТТЕР! Я не позволю разговаривать с собой в таком тоне в моей школе.

- ТИХО! - закричал Гарри, и Дамблдора отбросило назад в кресло, и невидимая сила удерживала его на месте. - Если позволите, я продолжу без перерыва. Вы задали вопрос и вы получите на него ответ, будет ли это тем что вы хотите услышать или нет. Кстати, надо будет вспомнить немного истории, чтобы объяснить мои недавние действия. Итак, сразу после окончания школы Том Риддл вступил в ряды Черной гвардии Гриндевальда, но сбежал после его поражения. Многие годы после этого он провел в поисках силы, а потом и последователей. После того, как вы победили великого и ужасного Темного лорда, вас сразу же информировали, если в волшебном мире что-то шло не так. Так что вы точно знали, чем он занимается. Вам было известно о множестве людей, которых он пытал и убил, и все же вы ничего не сделали. Вы даже неоднократно встречались с ним лицом к лицу, один раз даже в этом самом кабинете, когда он просил о должности преподавателя Защиты от темных искусств. У вас были сила и мастерство, чтобы его остановить, но вы никогда не вставали на его пути. То есть до тех пор, пока он не убил вашу жену, - медленно проговорил Гарри, а в уголке его рта появилась легкая усмешка.

Глаза Дамблдора широко раскрылись и медленно заполнились непролитыми слезами, но воспоминания пронеслись быстро. Несмотря на все случившееся, он все еще был глубоко потрясен и очень возмущен, когда Гарри сказал об этом таким холодным и обыденным тоном. Как будто это не имело значения.

- Я нахожу это довольно лицемерным на самом деле. Судя по вашим действиям, вы похоже считали, что пока он убивает незнакомых вам людей, все в порядке. Но как только он напал на вас и ваших близких, вы готовы были сделать все, чтобы увидеть его поражение. Итак, вы сформировали Орден Феникса. Ваш собственный отряд последователей. Люди, которые слепо вам доверяли и готовые умереть ради достижения поставленной цели. И именно этого вы хотели. Единственная причина, почему вы остались на посту Директора школы после смерти вашей жены – возможность воспитывать студентов на своих собственных идеалах, а потом, в случае необходимости, повести их на смерть. Умный ход, в самом деле. Но тут выскочило это проклятое пророчество. Даже будучи студентом, я знал, что вы не очень то верили предсказаниям, по крайней мере не тем, что преподавала профессор Трелони. Но истинное пророчество было совершенно другим делом. Когда она вышла из транса, ничего не помня о том, что только что сказала, вы знали, что это правда. В конце концов, такая шарлатанка, как она, никогда бы такого не пропустила. Возможно, с ней такое случалось постоянно.

- Должно быть, вы были очень раздражены, узнав, что не вы будете тем, кто сможет убить Волдеморта, - произнес Гарри с понимающей улыбкой на лице. - Но, будучи такой манипулятивной сволочью, вы планировали использовать создавшееся положение с наибольшей для себя пользой. И когда мои родители были убиты, для вас все стало намного проще. Я считаю, что вы отправили меня к Дурслям и посылали обратно каждое лето по двум причинам. Если я действительно должен был победить Волдеморта, то это значит, что я скорее всего буду на вашей стороне. Итак, причина номер один – меня отправили туда, потому что с таким ужасным обращением Дурслей я более чем вероятно приеду в Хогвардс напуганным и одиноким изгоем, готовым на все, чтобы хоть здесь меня приняли и отнеслись с добротой. Таким, конечно же, я и оказался. Так что прибрать к рукам и вылепить из меня ваше личное оружие оказалось очень легко.

- Причина номер два, и такая же важная. Вы хотели найти некоторую меру схожести. В конце концов, тот факт, что вы проигнорировали унижения, сыпавшиеся на Тома Риддла, прежде чем он достиг определенной степени контроля над своей магией, было самой значительной причиной того, что он стал настолько жестоким и злым. Но если я тоже перенес почти такое же обращение и вырос не таким, как он, то, должно быть, не ваши действия, или, скорее, бездействие создало этого монстра.

- Из-за защиты крови на том доме это было единственное безопасное для тебя место, - твердо и решительно ответил Дамблдор, что вызвало у Гарри приступ смеха.

- Это совершенно потрясающе. Не только то, что вы продолжаете это утверждать, но и тот факт, что вы на самом деле убедили себя в этом. Если эта так называемая защита крови была настолько важной, настолько жизненно необходимой для моей безопасности, то почему перед вторым курсом вы позволили мне остаться у Уизли, перед третьим – в Дырявом котле, а затем вернуться к Уизли следующим летом. Казалось бы, для полной защиты, я должен был бы подольше находиться в доме родственников, а я большую часть времени проводил вдали от них. Конечно, все три раза я или уходил самостоятельно, или меня практически похитили Фред и Джордж. – Дамблдор приподнял бровь, когда Гарри пропустил имя Рона, но Гарри, казалось, этого не заметил: - А затем, пока я оставался там, миссис Уизли начинала вокруг меня суетиться. Но после моего четвертого года вы неожиданно отправили меня обратно к Дурслям. Во время ритуала воскрешения чтобы дать Волдеморту новое тело была использована моя кровь, что убрало любую защиту крови, которая, возможно, могла там быть.

- Но мы отходим от темы. Позвольте мне представить вам короткую версию, потому что я еще очень долго могу продолжать указывать на недостатки вашего характера. Суть в том, вы манипулирующий всеми старый ублюдок, который не думает ни о ком, кроме себя и своей мести. Вы ни перед чем не остановитесь для достижения своих целей, а если они окажутся недостижимыми, вы будете продолжать дальше и убьете всех в процессе. Жизни других людей для вас не имеют значения. Другие люди, строк для вас не имеют смысла, если они не вписываются в ваш великий план. Я даже удивляюсь, как это вас не распределили в Слизерин, когда вы были студентом. Когда вы кого-то встречаете, все, о чем вы думаете – что он может для вас сделать, что он мог бы сделать для вашего дела. Вы готовы пойти на все, включая кражу и ложь вашему бывшему наставнику и старому другу.

Выражение глаз Дамблдора изменилось незначительно, но Гарри его заметил и знал, что не ошибся.

- О чем вы говорите? – сердито задал вопрос старый маг. Очевидно, он мог спокойно слушать, как Гарри критикует его самого и его методы, но ему явно не понравилось быть названым обычным вором. Гарри, конечно, был только рад объяснить.

- Пока не проснулись мои силы, я лежал на полу в своей камере с почти постоянной связью с Волдемортом. Я видел все его нападения и даже пару ваших с ним противостояний. В конечном итоге вам всегда здорово доставалось, но вам удавалось как-то уйти, но с настолько серьезными ранами, что большинство людей никогда бы не выздоровели даже с помощью самых опытных целителей. Уже после того, как я освободил Тонкс, я узнал, что после двух случаев, на которых она присутствовала, уже на следующий день вы восстановились и прекрасно себя чувствовали, выглядя даже здоровее, чем прежде. Это было еще до того, как я узнал секрет бессмертия, так что, естественно, мне стало любопытно, как вам это удалось. После нескольких дней раздумий я вдруг вспомнил свой первый год в Хогвардсе и Философский камень. Все, что вы тогда сказали – что после разговора с Николасом Фламелем вы решили уничтожить камень. Но вы же его не уничтожили, не так ли? – спросил он с кривой усмешкой. - Вы позволили Фламелю поверить, что вы это сделали, и позже он из-за этого умер. Но на самом деле вы видели возможность получить некую силу, кое-что, что могло помочь пройти длинный путь и в конце концов увидеть смерть Волдеморта. Так что вы взяли камень для себя и позволили своему другу умереть.

Дамблдор ничего не сказал, но его лицо с выпученными от ярости глазами пылало от ярости.

- Лично я думаю, что это было причиной того, что меня так быстро отправили в Азкабан и с такими неубедительными доказательствами. Как я уже говорил раньше, вы хотели быть тем, кто убьет Волдеморта. Даже после пророчества и все остального случившегося вы по-прежнему считали, что можете сделать это самостоятельно. Особенно, если под рукой будет значительный запас Эликсира жизни. Вы увидели способ от меня избавиться и забрать всю славу себе, и вы этот шанс использовали. Но это привело к неприятным последствиям. Теперь, когда Волдеморт больше не представляет угрозы, все чего вы хотите – забраться в кровать и больше не просыпаться следующим утром. Вы можете быть мастером Окклюменции, но я все равно могу прочитать каждую вашу мысль. Смерть – это то, чего вы жаждете больше всего, даже больше, чем увидеть Волдеморта мертвым. И именно поэтому я вам в этом отказываю. Когда меня бросили в Азкабан, вы отняли все, что у меня было. Во всем, что я когда-либо потерял из-за Волдеморта, прослеживались вы и ваши методы. Так что прежде чем я позволю вам умереть, я собираюсь сделать с вами то же самое. И я твердо намерен показать миру ваше истинное лицо. Не все сразу, конечно, я растяну это на некоторое время. Этот путь будет намного интереснее и убедительнее. Но, как я сказал вам в Азкабане, я не настолько всепрощающий, как Сириус, - холодно закончил Гарри, собираясь уходить. Простой мыслью освободив директора от невидимых глазу пут, он повернулся, чтобы выйти в дверь.

В тот же момент, как он повернулся спиной, Дамблдор с сумасшедшим криком спрыгнул со стула, поднял палочку и запустил в Гарри первым пришедшим на ум проклятием. Едва заметным движением Гарри развернулся и отразил проклятие в отправителя. Глаза Дамблдора расширились от удивления, когда ярко-зеленый луч смертельного проклятия врезался в его грудь. Ухо разрывалось от крика, разнесшегося по кабинету, но снаружи не было слышно даже малейшего шепота. Гарри стоял и с увлечением наблюдал, как "всемогущий" Дамблдор рухнул на пол, его тело содрогалось от конвульсий, а крики стали грубыми, так как горло и голосовые связки наверняка были повреждены. Через некоторое время Гарри это наскучило и он подошел к своему бывшему наставнику. Обездвижив директора, он исцелил его и наложил несколько успокаивающих заклятий. В конце концов, он хотел, чтобы мужчина запомнил эту встречу во всех деталях. Когда все было закончено, он отступил и еще раз собрался уходить, но кое-кто, или, скорее, кое-что, думал иначе.

Фоукс стоял на своем насесте и спокойно наблюдал за тем, как говорил Гарри. Он, конечно уже долгое время знал о методах Дамблдора, но был с ним связан еще когда тот был молодым человеком. В результате этой связи он почувствовал и испытал множество эмоций этого человека, поэтому понял и даже разделял некоторые его мечты. Хотя фениксы, как предполагается, сама сила светлой магии и воплощение благородство, связанный феникс привязывается к магу и забывает об этом. Хотя он и был шокирован и недоволен трусливым нападением Дамблдора, он чувствовал, что это было оправдано, так что ничего не сделал. Обычно он отдал бы жизнь для защиты мужчины, но отраженное проклятие застало его врасплох, так что перехватить его не удалось. Казалось, что его разум на какое-то время замерз, а сам он от шока просто намертво прирос к насесту, даже в то время, когда Гарри лечил директора. Впрочем, вскоре ему удалось перебороть эти ощущения, и он ощутил потребность в мести, которую фениксы обычно никогда не испытывали.

Гарри ничего не видел и не слышал, так что для него было настоящим ударом, когда его грудь разорвала острая боль, когда на него налетел Фоукс и вонзил клюв в правое плечо, в то время как его длинные когти пытались разорвать его грудь и живот. Гарри, сжимая зубы от боли, нанес ответный удар по дико хлопающим крыльям, чтобы добраться рукой до головы Фоукса как раз в тот момент, когда Дамблдор с безумной улыбкой поднялся на ноги, наблюдая за происходящим. Но ему удалось быстро взять себя в руки. Гарри чувствовал, как по его руке струится теплая кровь, когда пальцы сомкнулись вокруг крупной шеи птицы. С хрипом он оторвал от своего плеча птицу, удерживая ее на расстоянии вытянутой руки, в то же самое время другой рукой удерживая ее за ноги. Фоукс по-прежнему яростно хлопал крыльями, а минуту спустя загорелся. Это просто вызвало у Гарри усмешку.
- Жаль, старина, но сегодня больше никакого огня, - хихикнул он и огонь был погашен так же быстро, как и вспыхнул, а птица была заморожена на месте. Гарри воспользовался этой возможностью, чтобы быстро излечить его раны, но потом с любопытством посмотрел на Фоукса: - Знаешь, это действительно странно. Насколько распространился упадок человеческой расы. Я уверен, что вы, профессор, это уже знаете – фениксы были первой формой жизни, созданной во вселенной. Они никогда не умирают на самом деле, и они не могут размножаться. Каждый из них был здесь с начала времен и должен оставаться здесь до конца. Они – истинные символы всего хорошего, что должно было быть в этом мире. Но потом пришли люди и некоторые из них связались с людьми, которых они считали достойными. К сожалению, с распадом человеческой морали и принципов стал возможным и упадок фениксов. Я когда-то читал книгу об этих существах, в который было множество выдержек из личных дневников самого Гриффиндора. Если вы собирались узнать о них, вы могли бы также получить информацию от одного из очень немногих человек, способных с ними разговаривать. Интересная вещь – он узнал, что больше всего фениксы боятся смерти, боятся больше не существовать. Странно, что существо, которое не способно умереть, может бояться смерти. - Гарри сделал небольшую паузу и несколько раз посмотрел на Фоукса и Дамблдора, прежде чем полностью сосредоточить внимание на Фоуксе: - Когда придет время, - сказал он, указывая на Дамблдора, - Вы присоединитесь к нему в смерти, - проговорил он, прежде чем бросить обездвиженную птицу на пол и исчезнуть.


@темы: перевод, Лорд Азкабана, Гарри Поттер, ГП/НТ, ГП/БЛ